Ирвин ялом: лечение от любви и другие психотерапевтические новеллы

Алан-э-Дейл       20.10.2022 г.

Идея 1. В старости многие наши юношеские убеждения видятся в другом свете

Ялом даже с высоты своих немалых лет с обидой вспоминает свои отношения с матерью, в которых, как ему казалось, с некоторых пор не было никакой теплоты. Особенно его обидело, когда у отца, которого маленький Ирвин нежно любил, случился сердечный приступ, а мать, то ли от страха, то ли от желания побольнее его за что-то наказать, сказала ребенку, что это он убивает папу. Отец не умер, семейный доктор сделал ему укол и успокоил мальчика. Но отношения с матерью так и не наладились.

Позднее, когда у Ялома уже были свои пациенты, одна из них рассказывала ему о своих сложных отношениях с дочерью-подростком и говорила о том, что она очень хочет, чтобы дочь ушла

Неважно куда — но чтобы в доме ее больше не было. У пациентки по имени Роза была бурная молодость, когда она уделяла дочери мало внимания, но потом она попыталась искупить свою вину, пытаясь наладить контакт

Дочь на контакт не шла и от семейной психотерапии отказалась. Тогда у Розы и возникло это единственное желание — не чтобы у дочери была счастливая жизнь или хорошее поведение, а чтобы она исчезла из жизни матери.

Ялом представляет, что, наверно, таким же было желание и его собственной матери, хотя, кроме невоздержанности на язык и неумения выразить свои чувства, ее было не в чем упрекнуть. Она заботилась о детях, любила мужа, но обладала сильным и тяжелым характером, которому не мог противостоять отец. Родители Ялома не были образованными людьми, но сделали все, чтобы дети смогли получить образование.

Ялом всю жизнь был обижен на мать, хотя и старался быть хорошим сыном. Однако, как бы ни были сложны их отношения, именно мамину реакцию Ялом представлял, когда собирался совершить какой-то значимый поступок. И только недавно, на склоне лет, он стал думать о том, что почти никогда не говорил ей теплых слов, не старался сделать что-то для нее приятное. А ее скорбь после смерти отца показала, что она глубоко любила своего мужа, как, без сомнения, любила и двоих своих детей.

В юности Ялом не хотел приобщаться к иудейской религии и культуре — он, хоть и прошел через бар-мицву по настоянию родных, не мог ни выучить иврит, ни запомнить все законы кашрута, да и не интересовался этим. В старости он представил себя собственным психотерапевтом и при беседах с собой пришел к выводу, что его непростые отношения с родителями выросли вовсе не из их черствости, а потому, что он боялся быть евреем — многие его родственники с трудом уцелели в Холокосте. Родители хотели, чтобы их сын, которому учителя прочили большое будущее, добился успеха в большом мире, далеко выходившем за границы их собственного. Но это означало и потерю выросших детей. И они сознательно пошли на такое отчуждение. Пусть ребенок уйдет в большой мир, оторвется от родителей, которых перерос, а они помогут ему, пусть даже ценой близости.

Лучший вариант отношений

Ирвин Ялом считает, что лучший вариант – это отношения без нужды друг в друге. «Но как можно любить другого ради другого, а не за то, что другой дает любимому? Как мы можем любить, не используя, без quid pro quo, без груза слепого увлечения, вожделения, восхищения или служения себе?», – задает вопрос психотерапевт и в качестве ответа предлагает характерные черты зрелых, свободных от нужды отношений.

Характерные черты зрелых, свободных от нужды отношений.

1. Заботиться о другом означает относиться бескорыстно – отрешиться от сознательного внимания к себе; быть в отношениях с другим без контроля мысли: «Что он думает обо мне?» или «Что в этом для меня?» Не искать похвалы, восхищения, сексуальной разрядки, власти, денег. В текущий момент быть только в отношениях с другим человеком: не должно быть третьей стороны, реальной или воображаемой, наблюдающей за встречей. Иными словами, жить в отношениях всем своим существом: если частично мы находимся где-то – например, исследуя воздействие, которое отношения окажут на какое-то третье лицо, – то именно до этой степени мы потерпели неудачу в отношениях.

Берегитесь исключительной и безрассудной привязанности к другому; она вовсе не является, как это часто кажется, примером абсолютной любви. Такая замкнутая на себе и питающаяся собою любовь, не нуждающаяся в других и ничего им не дающая, обречена на саморазрушение.

2. Заботиться о другом значит со всей возможной полнотой знать другого и сопереживать ему. Если человек бескорыстен в отношениях, он обладает свободой, позволяющей воспринимать все аспекты другого, а не только тот аспект, который служит какой-то утилитарной цели. Человек расширяет себя до другого, признавая другого чувствующим существом, которое также строит мир вокруг себя.

3. Заботиться о другом значит заботиться о сущности и росте другого. При полном знании, собранном из подлинного слушания, человек прилагает усилия, чтобы помочь другому стать полностью живым в момент встречи.

4. Забота активна. Зрелая любовь любит, а не любима. Мы любяще отдаем, а не «влекомы» к другому.

5. Забота – это способ человека быть в мире; это отнюдь не исключительная, непостижимая магическая связь с одним определенным лицом.

6. Зрелая забота вытекает из богатства человека, а не из его бедности – из роста, а не из потребности. Человек любит не потому, что нуждается в другом, не для того, чтобы существовать, быть целостным, спастись от подавляющего одиночества. Тот, кто любит зрело, удовлетворяет эти потребности в другое время, другими способами, одним из которых была материнская любовь, изливавшаяся на человека в ранних фазах его жизни. Следовательно, прошлая любовь – источник силы, нынешняя любовь – результат силы.

7. Забота взаимна. Поскольку человек по-настоящему «поворачивается к другому», он меняется. Поскольку человек приводит другого к жизни, он также становится в более полной мере живым.

8. Зрелая забота не остается без награды. Человек изменен, человек обогащен, человек осуществлен, экзистенциальное одиночество человека смягчено. Через заботу человек получает заботу. Но награда вытекает из подлинной заботы, она не подстрекает заботу. Позаимствуем удачную игру слов у Фромма – награда следует, но ее нельзя преследовать.опубликовано econet.ru.

Ирвин Ялом. Экзистенциальная психотерапия

https://youtube.com/watch?v=BUA1aeqTz0E

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! econet

Награды [ править ]

  • 1974: Премия Эдварда Стрекера за значительный вклад в область психиатрии пациентов , Университет Пенсильвании, Медицинский факультет, Департамент психиатрии
  • 1976: Фонд премии Фонда исследований в области психиатрии по The Американской психиатрической ассоциации
  • 1977: Премия стипендий по The Центр передовых исследований в области поведенческих наук
  • 1987: Премия стипендий по The Rockefeller Foundation (Белладжио, Италия)
  • 1992: Золотая награда Клуба Содружества за лучший роман художественной литературы ( Когда Ницше плакал ) от Калифорнийского клуба Содружества
  • 2001: Премия Оскара Пфистера за важный вклад в религию и психиатрию от Американского психиатрического фонда / Американской психиатрической ассоциации
  • 2009: Международная премия Зигмунда Фрейда за психотерапию города Вены, Австрия, Всемирным советом по психотерапии

Личная жизнь

Ирвин Ялом женат на Мэрилин Ялом. Яломы учились в одной школе в Вашингтоне, их роман начался, когда Ирвину было 15, а Мэрилин всего 14 лет. Супруги женаты более 60 лет, у них есть 4 взрослых ребенка и 5 внуков. Жена знаменитого психотерапевта является филологом и писательницей. Она известна российскому читателю по своему произведению «Любовь по-французски» («Как французы открыли любовь»).

Мэрилин Ялом преданная сподвижница своего мужа и всячески поддерживает его в работе. Она имеет кандидатскую степень в сравнительной литературе на французском и немецком языках Джона Хопкинса и строит успешную карьеру в качестве профессора университета и писателя.

Взгляды Ирвина Ялома на психотерапию

Ирвин Ялом считается самым последовательным противником де-индивидуализируемого, бюрократического, так называемого формального подхода в психотерапии. Особенно крайне резко выступал психотерапевт против, как он сам выражался, «краткосрочной диагноз-ориентированной терапии». По его глубокому убеждению, «краткосрочная диагноз-ориентированная терапия» управляется экономическими силами и основывается на крайне узких, формальных диагнозах.

Такая психотерапия односторонняя, управляемая протоколом, так называемая «терапия для всех» не учитывает самого главного – личности и индивидуальности пациента. Следовательно, по мнению Ирвина Ялома, она не может принести сколько-нибудь значимой пользы.  

Ялом справедливо считал, прежде всего, что для каждого пациента должна изобретаться новая психотерапия, потому что у каждого человека есть уникальная история. Основой этой «новой» терапии должна служить терапия, построенная на межличностных взаимоотношениях «здесь и сейчас» пациента и психотерапевта, на их взаимных откровениях друг другу. Поэтому никакой формализованный подход здесь применяться не может и будет даже вреден в работе.

Не последнюю роль на формирование взглядов Ирвина Ялома оказал и психоанализ. В своих литературных трудах Ялом прошел путь от психоанализа до экзистенционально-гуманистического терапевта. Большое место в таких его работах, как «Мамочка и смысл жизни», «Лжец на кушетке», «Дар психотерапии», отводится преодолению экзистенционального страха смерти.

В еще одном своем фундаментальном произведении «Вглядываясь в солнце. Жизнь без страха смерти», вышедшем в 2008 году, Ялом подводит свой итог изучению этой проблемы. В частности, он пишет: «Как только человек оказывается способным противостоять факту своей собственной смертности, он вдохновлен перестроить свои приоритеты, общаться более глубоко с теми, кого любит, и ценить более остро красоту жизни. Человек может увеличить свою готовность взять на себя риски, необходимые для личного выполнения и роста своей личности.»

Научная и научно-популярная литература:

  • Экзистенциальная психотерапия. — 2000.
  • Дар психотерапии. — 2005.
  • Групповая психотерапия. Теория и практика. — 2007.
  • Вглядываясь в солнце. Жизнь без страха смерти. — 2008.
  • Стационарная групповая психотерапия. — 2016.

Романы и рассказы:

  • Когда Ницше плакал. — 1992.
  • Лжец на кушетке. — 1996.
  • Лечение от любви (и другие психотерапевтические новеллы). — 2004.
  • Психотерапевтические истории. Хроники исцеления. — 2005.
  • Шопенгауэр как лекарство. — 2005.
  • Мамочка и смысл жизни. — 2006.
  • Проблема Спинозы. — 2012.
  • Как я стал собой. Воспоминания — 2018.

Карьера [ править ]

После получения степени бакалавра Университета Джорджа Вашингтона в 1952 году и доктора медицины Школы медицины Бостонского университета в 1956 году он продолжил стажировку в больнице Маунт-Синай в Нью-Йорке и резидентуру в клинике Фиппс больницы Джонса Хопкинса в г. Балтимор и завершил свое обучение в 1960 году. После двух лет службы в армии в больнице Tripler General в Гонолулу, Ялом начал свою академическую карьеру в Стэнфордском университете. Он был назначен на факультет в 1963 году и продвигался по службе в последующие годы, получив должность в 1968 году. Вскоре после этого периода он внес один из самых значительных своих вкладов, обучая групповой психотерапии и развивая свою модель экзистенциальной психотерапии .

Его работы по экзистенциальной психологии сосредотачиваются на том, что он называет четырьмя «данными» человеческого состоянияизоляция , бессмысленность , смертность и свобода , и обсуждают способы, которыми человеческая личность может ответить на эти проблемы функциональным или дисфункциональным образом. .

В 1970 году Ялом опубликовал «Теорию и практику групповой психотерапии», рассказывая об исследовательской литературе по групповой психотерапии и социальной психологии поведения в малых группах. Эта работа исследует, как люди действуют в групповом контексте и как члены групповой терапии получают выгоду от его группы участия.

В дополнение к его научным, научно-популярным произведениям, Ялом написал ряд романов, а также экспериментировал с методами письма. В « Каждый день становится немного ближе» Ялом предложил пациенту написать в соавторстве о своем опыте терапии. В книге есть два разных голоса, которые смотрят на одно и то же в чередующихся разделах. Труды Ялома использовались в качестве университетских учебников и стандартных материалов для чтения для студентов-психологов. Его новый и уникальный взгляд на отношения пациента и клиента был добавлен в учебную программу по программам психологии в таких школах, как Колледж уголовного правосудия Джона Джея в Нью-Йорке.

Ялом продолжает заниматься частной практикой на полставки и является автором ряда документальных видеофильмов о терапевтических методах. Ялом также фигурирует в документальном фильме 2003 года « Бегство от смерти» , в котором исследуется связь человеческого насилия и страха смерти с подсознательными влияниями. Институт психотерапии Ирвина Д. Ялома, которым он руководит вместе с профессором Рутеллен Джоссельсон , работает над продвижением подхода Ялома к психотерапии. Это уникальное сочетание интеграции философии в психотерапию можно рассматривать как психософию .

Многие психиатры кафедры психиатрии и поведенческих наук Стэнфорда считают, что Ялом оказал огромное влияние на их собственную работу. Некоторые из них включают Хосе Р. Мальдонадо , Видуши Савант и Лору Робертс .

Он был женат на писателе и историке Мэрилин Ялом , которая умерла в ноябре 2019 года. Их четверо детей: Ева, гинеколог, Рейд, фотограф, Виктор, психолог и предприниматель, и Бен, театральный режиссер.

Идея 2. В любом возрасте нужно оставаться открытым для новых идей

В свое время молодой врач Ялом сам был сторонником новых методов в психиатрии, отвергая устаревший подход к лечению, который считал слишком формальным и консервативным. С возрастом он стал замечать консерватизм и за собой.

Почти 15 лет он был руководителем группы терапевтов-практиков в Сан-Франциско. Когда группа была еще молодой, они приняли новичка-психиатра, женщину, которая вела пациента по телефону. Ялома тогда страшно возмутила эта методика. Как можно полагаться только на звук голоса больного, а как же мимика, внешность, одежда, рукопожатия, создающие доверительность в отношениях с врачом? Он долго спорил с женщиной-психиатром (ее фамилия не упоминается), уверяя, что больных можно лечить только лицом к лицу. Однако женщина была тверда, у нее хватило характера настоять на своем, чему Ялом впоследствии был очень рад, — ведь этот метод дал хороший результат.Ялом пишет, что несколько лет назад и сам получил письмо от пациентки с просьбой о сеансах психотерапии по Скайпу — она, стремясь забыть неудачный роман, нарочно уехала в глушь, где не было никакой психиатрической помощи. К тому же она совершенно не хотела общаться лицом к лицу. Ялому никогда не доводилось использовать Скайп в своих сеансах и он испытывал понятную неуверенность, но все же пошел ей навстречу (о чем, как он лукаво признается, до сих пор не проговорился ни одному из своих коллег). Терапия по Скайпу длилась год, дала хорошие результаты, и пациент, и врач могли видеть лица друг друга, и ощущения, что они находятся на противоположных концах света, ни у кого из них не возникало. После этого Ялом начал практиковать видеотерапию, отказываясь только от тяжелых больных, которым нужны соответствующие препараты.

Групповая терапия действительно была неудачной и от нее вскоре отказались. Зато с индивидуальной была совсем другая картина, и Ялом согласился за ней наблюдать. Сначала клиенты могли только отправлять и получать тексты за небольшие ежемесячные деньги. Постепенно в ней появлялось все больше психотерапевтов, расширялся спектр услуг, аналоги появились и в других странах, в том числе в Китае. Вскоре к текстотерапии добавились видеоконференции, и Ялом решил, что после этого интерес больных к тексту пропадет. Но оказалось, что большинство предпочитает именно этот вид терапии с безликим врачом, не нуждаясь в видео- или аудиоконтакте. Кроме того, при таком виде лечения очень удобно отслеживать ведение больных и их прогресс. И Ялом пришел к выводу, что умелый врач в текстовом подходе к больному может сделать гораздо больше, чем психотерапевт с формальным подходом, хоть и встречающийся с больными лицом к лицу, но при этом ни на шаг не выходящий за рамки инструкций.

Заключение

Вслед за Бродским Ялом может повторить: «Что сказать мне о жизни? Что оказалась длинной». И как Бродский, он испытывает благодарность — за свою работу, за долгие счастливые годы с любимой женой, за детей и внуков, за счастье быть полезным многим людям. Как часто повторяет он сам, цельная и осмысленная жизнь делает наш уход менее пугающим и болезненным.

Книга не дает конкретных психологических рекомендаций, но это не просто набор воспоминаний знаменитого пожилого психотерапевта, много повидавшего и испытавшего. Она проникнута любовью к жизни и к людям. После ее прочтения остается светлое и теплое чувство к автору.

Гость форума
От: admin

Эта тема закрыта для публикации ответов.